Hollywood

Часть I   Часть II

После недели плодотворной работы в Майами следующим пунктом остановки в Штатах был Лос-Анжелес. Оказывается, с одного конца Америки на другой самолет летит больше пяти часов. А я-то думал.. Самолет начинает снижаться за двадцать минут до приземления, а внизу уже какой-то город. И пока он снижается, город все тянется и тянется, тянется и тянется, и оказывается, что все это время мы летим над Лос-Анжелесом.. Представляете, сколько самолет пролетает за двадцать минут? Мне говорили, что это большой город. Но насколько он большой, я до сих пор не могу поверить. Он просто бесконечный. После недели парилки в Майами, Лос-Анжелес (кстати, его почти никто так не называет, так как длинно и лениво, поэтому все говорят просто "эЛэЙ", или LA по-ихнему). Так вот, после недельной бани в Майами ЛА встретил меня сказочной погодой. Легкие облачка, +27°С, и можно было снова почувствовать себя человеком, а не участником финских соревнований "Кто дольше просидит в сауне", решившим устроить себе интенсивную подготовку перед финальным чемпионским рывком. Время было - пятница после обеда. Выходной обещал быть очень насыщенным и интересным!

Но чтобы понять, почему он чего-то интересного обещал, надо рассказать, у кого я там остановился. А остановился я у очень хорошей знакомой, с которой познакомился на свадьбе наших общих друзей в Индии полтора года назад. Она с восточного побережья США, но уже одиннадцать лет живет в ЛА и работает, точнее.. является, актрисой. Актрисой. Настоящей. В Лос-Анжелесе. Пару лет назад в Штатах проходило громадное, невообразимо популярное, прогремевшее на всю страну телешоу. Она дошла в нем до самого-самого финала, и ей всего чуть-чуть лишь не хватило, чтобы победить в телешоу и выиграть заоблачную сумму денег. Но это ее совсем не расстроило. После телешоу она стала очень известной, и ее сразу же пригласили сняться в эксклюзивно посвященном ей номере Плейбоя. Видно, Плейбой не мог позволить себе упустить такую возможность, и (назовем ее Клара), конечно же, Клара тоже не могла не воспользоваться предложением Плейбоя. После этого она, конечно же, стала еще более популярной.

Ну, так вот, значит приезжаю я в пятницу после обеда из аэропорта в Беверли Хиллз. А.., ну да. Где же еще жить в ЛА настоящим актрисам, как не в Беверли Хиллз :) Она оставила квартиру открытой, т.к. ее не было дома, и возвращалась она только вечером. Бросаю сумки, умываюсь и сразу же срубаюсь прямо в зале на диванчике, утомленный аэропортами, самолетами и вчерашней корпоративной пати до четырех часов утра. Клара возвращается часов в семь вечера и сообщает мне, что времени мало, потому что мы идем на закрытую премьеру какого-то нового фильма в каком-то супермодном отеле, надо собираться. По причине жуткого к тому времени голода я заказываю какой-то тайский фастфуд, а к ней приходят две подружки, также приглашенные на премьеру, и они все начинают наводить макияж. На это у них уходит почти час, за который я спокойненько успеваю поужинать. "Что туда лучше одеть?" - спрашиваю ее. А она, обведя меня взглядом, говорит: "Да прям так и иди, само то!" Я говорю: "Ты что? В этой футболке, которой я спал на диванчике и в этих джинсах? Шутишь?!" А она: "Да не, это то, что надо, придем сам все увидишь! Иди прям так!" Представив себе красную дорожку, вспышки фотоаппаратов, лица из телевизора, и себя в кроссовках и джинсах, я все-таки переоделся в летние брюки и рубашку с длинным рукавом. По бокалу шампанского перед выходом (там это как-то в порядке вещей :) и вперед! На мою первую закрытую киношную вечеринку в Голливуде!

Не помню названия отеля, но отель был.. нехилый такой был отель. Красная дорожка, журналисты, лимузины, какие-то поклонники толпятся кругом, высматривая своих кумиров, швейцары в белых перчатках у дверей, и другие в красных жилетках, отгоняющие вашу машину. Рядом с дорожкой небольшой такой столик, где проверяют списки приглашенных гостей. Подходим, отмечаемся (как-то даже приятно обнаружить свое имя в подобном списке) и собираемся пройти во внутрь. Вдруг Клара поворачивается ко мне и говорит "Ты не против, если мы не будем делать красную дорожку, пройдем через служебный вход, а то все эти фотографы, пресса, позировать надо будет". Я так подумал-подумал, "да запросто!" - говорю. Мы проскальзываем мимо прожекторов и фотоаппаратов через служебный вход, поднимаемся на крышу этого громадного отеля, открываются двери лифта, а там... а там большая, приглушенно освещенная терраса под открытым небом. Собираясь кучками, стоят человек 200 с бокалами в руках, оживленный шум болтовни, чей-то смех, приятная легкая музыка и снующие средь толпы бармены. И тут до меня, наконец, доходит.., что я в самом центре Голливуда, на премьере чего-то с красной дорожкой и журналистами, куда вход только для кинозвезд, да и то по записи, в окружении очень гламурного вида публики. Все по-настоящему. Причем, более "по-настоящему" некуда. Куда уже дальше Голливуда-то? Смотрю и не верю. Разбудите меня!

Публика же там действительно очень гламурного вида. Все девушки - просто с обложек. Модели и актрисы, постоянно живущие под пристальными взглядами личных дизайнеров по одежде и личных визажистов, пристальными взглядами фанатеющей публики и щепетильных фотокамер. Как они еще могут выглядеть? Выглядеть они могут только с обложки! Было и пару исключений в каких-то платьишках в горошек а-ля 1930. Но это исключения редкие. Все остальные, как одна, с иголочки гламурно неотразимы. Мужская же половина публики оказалась... таким рваньем! Вообще! Поношенные кеды (именно кеды), рваные джинсы, наполовину заправленная футболка, взъерошенные волосы под вязанной надорванной шапочкой и небритый взгляд, как после трехдневного похмелья. Большое пятно от кетчупа на животе было единственной недостающей в их облике деталью. Исключений почти не было! В своей летней рубашке с длинным рукавом я чувствовал себя слишком приодетым. Надо было слушаться местных. Глядя на мужскую часть публики, в голову почему-то приходили ассоциации типа, когда к тебе подходят в первомайском сквере и говорят: "допьете пиво, оставьте пустую бутылочку, я тут недалеко подожду." Клара сказала, что такая радикальная мода пошла только года полтора назад, до этого все было в порядке. Надо подумать, как продать им идею с кетчупом.

По поводу премьеры все напитки в баре были бесплатными. Через несколько минут мы уже стояли за небольшим столиком с бокалами чего-то освежающего. Выяснилось, что премьера идет этажом ниже в небольшом кинозале, куда все публика не вмещается, поэтому сеансы повторяются каждый час. Также выяснилось, что из нас четверых на премьеру эту идти никто не хочет. И редко кто туда вообще ходит. Все приходят в основном из-за вокругпремьерной вечеринки на террасе. Но если кто-то спрашивает "Как понравилось кино?", то отвечать принято только восторженно-восхищенными фразами, отмечая великолепную игру актеров и бесподобную гениальность режиссера. Глядя на тамошнюю публику и атмосферу, я очень широко про себя улыбался, не веря, на сколько абсурдно происходящее вокруг. Люди настолько быстро перевоплощаются в улыбчиво-восторженно-приветливых, заговаривая с кем-то подошедшим к их столику, и обратно в надменно-цинично-раздраженных, перемывая его кости, как только он от их столика отходит. Причем сами совершенно не замечают этой перемены. И точно знают, что все остальные по отношению к ним делают то же самое. Для той среды это совершенно естественное состояние. А по-другому там нельзя. По-другому там просто не выжить. Но когда видишь, как две девушки обмениваются приветственными поцелуями, стоя друг от друга на расстоянии полуметра, то поневоле расплываешься в улыбке, пытаясь представить себе масштабы пафосности и "гламурности" их жизни. Она настолько оторвана от реальности. И в тоже время она настолько реальна и сурова. Она как одно большое кино, которое играется, как только ты покидаешь пределы своей квартиры. И проиграть в которое нельзя. Проигравших там не любят и очень быстро от них избавляются. Поэтому каждый день, каждую минуту надо собирать все силы, и играть свою роль безупречно, совмещая в себе и режиссера, и сценариста, и художника по костюмам, и никогда не ошибающегося актера! Что, конечно, почти ни у кого на 100% это не выходит. Все люди время от времени да ошибаются. Поэтому там всегда находится, что обсудить о том или ином человеке. А конкурентов тысячи. Десятки, если не сотни тысяч человек. Весь Лос-Анжелес! Самые талантливые и способные, как и самые циничные и бесцеремонные,съехавшиеся со всех уголков мира, покорять, завоевывать и добиваться! И все хотят занять то место, которое хочешь занять ты. И нужно всем доказать, что ты достоин этого места больше, чем остальные несколько десятков тысяч человек. Иначе никак! Иначе придется подыскать себе более спокойное место, чем Беверли Хиллз. Сурово.. Впечатляет, на самом деле! У Клары, например, ушло девять лет, пока она чего-то добилась. Представьте, какое нужно терпение и упорство! Представьте, например, что вы девять лет не можете устроиться на работу, на которой сейчас работаете. Пробиваетесь, расталкивая всех локтями, доказываете, что вы лучше всех, а вас не замечают, подставляют, скидывают, потому что вокруг еще несколько десятков тысяч точно таких же. Одаренных, талантливых и напролом рвущихся к своей цели, расталкивая локтями всех вокруг! А сколько таких, кто боролся годами, но так ничего и не добился. И что еще может остаться после долгих лет такой борьбы, кроме одного большого в жизни тупка? И таких тоже миллионы.. Но есть и единицы тех, кому удается пробиться и добиться! Раз взобравшись на вершину, все переворачивается на 540°. Надо там, конечно, еще суметь удержаться, но даже один взгляд с той вершины и мгновенье там проведенное стоят лет потраченных усилий. Не говоря уже о гонорарах, славе, признании и головокружительности момента! Из-за этого, собственно, и весь сыр-бор!

Но тут меня одергивают за руку и говорят: "Смотри - Джемми Фокс!" Смотрю, точно Джемми Фокс (ну, который Ray, Breakin' All the Rules и Miami Vice), даже джинсы не рваные, стоит себе в панамке, держит бокал, и никто с ним не разговаривает.


Продолжение следует...